Введение 

Вначале о том, почему решил осветить эту тему.
Так получилось, что я основную часть своей жизни посвятил не формальному изучению глобальных проблем организации нашего государства, а так же изучению и осмыслению происходящего в мире. Предпринимал даже шаги по доведению сведений об открывающихся возможностях резкого улучшения обстановки в стране, до лиц формально обязанных этим заниматься.
Происходило так это под влиянием обстоятельств и особенностей моей жизни, а в большей степени под влиянием друга нашей семьи, которого со временем стал считать своим Учителем. 
Традиции и особенности нашей семьи, нашего рода и того места где родился и рос, тоже сыграли определённую роль.
В детстве и юности был патриотом и романтиком.
Студентами, оказавшись во время производственной практике на несколько месяцев на целине, работая на комбайнах, а потом на тракторах, мы не роптали от заметных сложностей быта. И даже наоборот завидовали первоцелинникам, которые в жару и в стужу, в голоде и холоде ютились в палатках, проявляя героизм.
Считали, что нам стыдно роптать на неудобства в сравнении с ними или с теми, которые покоряют сибирские реки, возводя плотины в  глухой тайге.
А мы ночевали в здании с дверями и окнами, нас регулярно кормили. Могли в сухой степи пить неограниченное количество воды и даже иногда появлялась возможность помыться теплой водой.
Но уже даже в это время стал замечать, что искренние наши порывы, романтика, в какой-то степени даже жертвенность многими руководителями на местах на словах одобрялись и даже поощрялись, но осуществлялось это как-то формально, не искренне. Мы видели, что провозглашающие мобилизующие лозунги лично живут несравненно комфортней тех, к кому обращаются с призывами, и, похоже, лично не готовы преодолевать лишения.
Над тем, что происходило в высших эшелонах власти, мы молодые, в то время не задумывались, но считали наше руководство, чуть ли не святыми. Хотя до этого уже стали известны и неуклюже объяснены шаги по развенчиванию славы Сталина. В народе не все соглашались с официальными пояснениями вреда от культа его личности, а в нашей студенческой среде ходили хлёсткие анекдоты о том Сталин вмиг бы навёл порядок в стране.
Дружба нашей семьи с семьёй летчика, прошедшего от начала и до конца всю ВОВ без ранений и серьёзных травм и в мирное время в результате аварии потерявшего возможность ходить - помогла мне заметно углубить представления о переменах, происходящих в стране и в мире.
Толи то, что он провёл свои детские годы в тибетском монастыре, толи последствия травмы, где он чудом остался живым - в нём открылся дар знать то, что было в прошлом и видеть контуры будущего.
Это стало важным в нашем общении.
Но главнее влияние оказало то, что он идейный и убеждённый коммунист, уже замечавший ошибки власти, сделал смыслом своей, теперь уже мало подвижной жизни, поиски путей исправления ошибок в развитии социалистического строя и в разработке предложений по совершенствованию нашей организации общества. Которую, в её теоритических и программных обоснованиях, считал лучшей из всего, что существовало тогда в мире, но заметно искажённую практикой.
Он дал мне прочитать, сохранённую ним книгу «Час быка», которую в то время власти спешно изымали из продажи и из библиотек. Пояснил, что Ефремов описывая фантастическую жизнь на другой планете, сделал предостережение нам. Формально вроде бы критикуя отход от социалистических правил происходящего в то время в Китае, на самом деле он рельефно отображал, те наши, казалось бы, не значительные шаги по неверному использованию власти тщеславными, которые могут привести к таким последствиям, какие он привёл в своей книге.
Именно он указал мне на ошибку нашей власти, когда во время «хрущёвской оттепели» решили, что люди активные, получившие высшее образование, стремящиеся к карьерному росту должны быть материально обеспечены лучше других.
Введя в обиход возможность материального превосходства одних над другими, как показатель их большей полезности для государства - в нашей стране начался отвратительный процесс отхода, а потом и ликвидации такой важной составляющей общества как равенство.
Я поделился с ним рассказом моей квартирной хозяйки, как после освобождения Воронежа от фашистов они после напряжённой рабочей смены добровольно, но обязательно и до изнеможения трудились над восстановлением разрушенного войной.
И на этом примере он пытался мне разъяснить сущность того о чём жалел:
- Понимаешь, когда директор завода, инженер, крановщица и вахтёр совместно, после рабочей смены, в одинаковых ватниках и  в одинаковых кирзовых сапогах занимались разбором руин разрушенных войной заводских цехов, или укладывали рельсы соседней трамвайной линии искорёженной авиабомбой – это было подтверждением их равенства. А житейский опыт пожилого вахтёра мог даже позволять ему командовать товарищами, участвующими в таких массовых тогда занятиях. Равноправия у них в принципе не могло быть, в силу того, что они занимали разные, не сопоставимые должности. Но чувство равенства было объективным и воспринималось как естественное в той обстановке.
Он же и обратил моё внимание на то, что такой отход от высоко моральных представлений мгновенно породил другие недостатки.
Пояснял:
- Обрати внимание, как только наверху предложили меры по повышению материальной обеспеченности, в общем, то полезных, уважаемых и заслуженных перед страной, на местах под эту сурдинку непорядочные стали искать лазейки для поощрения близких или даже просто своих родственников. Поощряя их совместно с заслужившими, приписывая своим заслуги сомнительного характера. Ты же рассказывал, что даже вы такое замечали, и возмущались несправедливостью. Пойми, что это начало нездорового и вредного расслоения нашего монолитно сплочённого после войны общества.
Понимая ситуацию, он старался найти способы устранения ошибок руководителей страны. Думал о создании новой, справедливой и высоко моральной организации общества и разрабатывал новые способы управления, базирующиеся на беспрекословном единоначалии, при полной и всесторонней ответственности руководителя за результаты его руководства. Вдобавок ещё и при полной и подлинной свободе исполнителей и граждан. Совокупность таких вроде бы противоречивых подходов я вначале не мог понять, пока на практике не стал внедрять его разработки.
Свои разработки он не афишировал. Во-первых, считал их ещё не законченными и не проверенными на практике. А во-вторых приводил доводы, что пока такие меры невозможно использовать в масштабах всей страны.
Я с моим молодым задором, и рвением быть ощутимо полезным стране был не так осмотрителен. Только вступив в партию, написал письмо в ЦК КПСС в котором вежливо, но настойчиво пояснял, что ставшее обязательным на всех официальных мероприятиях прославление заслуг Леонида Ильича Брежнева из-за формального отношения к соблюдению такого правила на деле часто вызывает не желательную реакцию.
Что, например, все присутствующие, на районном собрании актива слушая выступление передовой доярки нашего колхоза о том, что она добилась высоких результатов, благодаря кропотливой селекционной работе специалистов колхоза, и благодаря сбалансированным кормам, а так же использованию таких новых кормов как сенах и витаминная травяная мука - ей верят. А когда она в конце выступления обязана упомянуть, что её успехи не были бы такими весомыми, без вклада в развитие животноводства лично Леонида Ильича – появляется сомнение даже в том, о чем она говорила перед этим.
По теперешним представлениям ожидалось, что за подобное инакомыслие репрессивный партийный аппарат должен был начать меня гнобить.
Но ничего подобного!
Сотрудники ЦК, рассмотревшие моё обращение порекомендовали первому секретарю нашего райкома партии разъяснить молодому коммунисту, что меры по повышению авторитета Генерального секретаря, являются продуманным решением высших органов партии. Более того во время такого разъяснения, секретарь сам признался, что вполне согласен с моей оценкой приведённого примера.
Применяя элементы разработок Копачёва мне удавалось добиваться отличных результатов в той отрасли, которой руководил в своём колхозе. Но когда предложил районному руководству перейти к широкому применению этих разработок, а начальник сельхоз управления доложил о таком предложении краевым властям - первый секретарь крайкома партии возмутился.
Заявил, что в успенском колхозе оказался специалист, внедряющий не социалистические подходы в колхозное производство. И выразил удивление, почему я до сих пор на свободе?
Районные власти с подобострастием принялись искать компроматы на меня. Было несколько попыток возбуждения уголовных дел за несоответствие моих указаний приемам, рекомендованным сельскохозяйственной наукой.
Но поскольку в результате этих указаний вырос и валовый сбор сельхоз культур и их качество - дела разваливались. Но райком, принудив специалистов района дать недостоверные показания, добился того, что районный суд вынес решение о лишении меня свободы на 2,5 года за несвоевременную уборку семенников люцерны.
Но и в этой критической ситуации, когда против меня была направлена всесильная краевая партийная машина, социалистический формализм помог избежать несправедливого наказания.
Сейчас утверждают, что советская власть была груба и несправедлива, а народ угнетали партийные функционеры.
Подобное встречалось сплошь и рядом, в основном, когда недалёкой функционер, пытался рьяно демонстрировать свою преданность коммунистическим установкам. Но формализм при соблюдении принципов социализма таких как справедливость, и равноправие всех перед законом, несмотря на должности и звания часто помогали несправедливо притесняемым.
Я тоже после решения суда срочно обратился с заявлением к секретарю ЦК КПСС Зимянину М.В., как его избиратель, поскольку он был избран в депутаты Верховного совета от нашего Краснодарского края. В заявлении изложил сложившуюся ситуацию.
Буквально через несколько дней меня пригласили на приём к заведующему отделом административных органов крайкома партии и тот заверил меня, что в апелляционной инстанции суда от меня примут документы доказывающие, что своими действиями я принёс значительную выгоду колхозу. Те документы  которые отказался рассматривать районный суд. В результате решение районного суда вернули для повторного рассмотрения и меня оправдали.
Перемены 90-х годов ошеломили моего учителя, потому что он потратил годы на разработку мер по улучшению социализма, а его вообще отменили. И больше всего его угнетало решения законодательно отменить государственную идеологию.
Идеологическую составляющую он считал важнейшим источником духовных сил Человека. И сами его разработки были направлены в первую очередь на обеспечение роста духовного, морального здоровья наших граждан.
Он дал мне знания о том, что духовное это далеко не только религиозное. Убедил, что враждебные людям силы смогли навязать просвещённым, что материальные законы и материальные силы единственные научно подтверждённое, а духовное является прихотью разных религий, и не может оказывать никакого влияния на процессы в Природе и на состояние людей.
К тому времени сложилось мнение, что религиозное несостоятельно ещё и из-за того, что разные религии предлагают разные правила и приёмы, а в материальной науке используются непогрешимые и проверенные практикой законы.
Благодаря ему я из комсомольца, гордящегося своими атеистическими убеждениями, превратился в православного верующего. Но моя вера в силу духовного, и знания о духовых возможностях распространяются даже шире религиозного.
Благодаря подсказкам Учителя я осознаю возможности благотворного влияния на людей каждой из мировых религий. И понимаю, какой вред духовному здоровью многих людей приносит межрелигиозная и внутри религиозная вражда разных конфессий. Особенно требования борьбы с иноверцами или даже требования их уничтожения.
За многие годы накопил я и приличные знания о не религиозных духовных возможностях, и о важном духовном влиянии на происходящее в Природе, в обществе, а так же о его влиянии на процессы происходящее в теле и в мыслях Человека.
Переход нашей страны на либерально-демократические правила и капиталистические отношения не помешали мне проверять возможности разработок Учителя в новой, уже не социалистической обстановке. 
Производственные и экономические результаты оказались даже выше ожидаемых. Неожиданным для меня стало предсказанные Учителем положительные перемены у участников новых способов организации.
Многие до этого не обременённые высокой моралью, даже изумлялись происходящим в них переменам. Бывшие лодыри, несуны, хитрецы, хапуги и бомжи поражались, что в новых условиях поступали честно, усердно и творчески трудились на благо своих коллективов, и уже не стремились урвать себе больше товарищей.  Порой даже отказывались от своей выгоды, например, ради поддержания здоровья у детей, в летних лагерях, которым отправляли свою продукцию.
Успехов больших в новых условиях удавалось добиваться видимо в первую очередь потому, что не стало политического контроля за производственной деятельностью. Появилась возможность беспрепятственно устанавливать правила, предложенные Копачёвым в его разработках.
Но возникла новая беда.
Когда обнаруживалось, что давно убыточное или низкорентабельное производство или деятельность, при новой организации «неожиданно» стало приносить ощутимую прибыль - на них стали претендовать или бандиты, или силовики, или близкие к местным администрациям. И реорганизованное грубо захватывали. Устанавливали там те порядки, которые считались передовыми и эффективными, а потом с изумление обнаруживали, что через год или два организация полностью теряла набранные темпы.
Об этом и о том, как с годами менялась жизнь людей в нашей стране я, с перечнем мест, фамилий и организаций в которых присутствовал или участвовали мои родственники и близкие знакомые, описывал в своих «Периодах».
Поскольку приведённые факты подтверждали те процессы в нашем обществе к которым пытался привлечь моё внимание Учитель, надеялся, что они станут подспорьем для тех которые должны озаботиться необходимостью благотворных преобразований.
Последний изданный мною «Период десятый» описывает, что на самом деле происходило на улицах Москвы и в высших эшелонах власти, участником которых я бал лично.
Мои книги, не системно, а отдельные «Периоды» прочитали всего несколько сотен. Поэтому они не могут сослужить ту службу, на которую надеялся. И поэтому видимо не буду тратить время и силы на систематизацию огромного архива материалов предназначенных для подготовки к печати 11-го и 12-го периодов.
Но подготовкой книги о возможностях важных и положительных перемен в нашей стране решил заняться и дальше поясню почему.
При капитализме Учитель прожил немного.
В 1994 году прекратился теплокровный этап его жизни.
Но он успел пояснить, как изменится наша жизнь, когда финансовые отношения придут в производство, в науку, в образование, в искусство, в спорт, в медицину, во властные и даже в силовые структуры.
Настаивал, чтобы хотя бы в быту наше население в связи с переходом на рыночные отношения создавало первичные объединения похожие на те, которые мы успели опробовать на производстве и в торговле. Чтобы совместно отстаивать свои интересы и организовывать их реализацию.
Пояснял, что у коммерсантов в ЖКХ целью будет извлечение барышей. А забота о населении и коммуникациях будет осуществляться по остаточному принципу или даже вообще только имитироваться. Но нам не удалось донести до масс его советы. 
Зато от широкого распространения других его разработок, в изменившихся условиях он предостерегал. Не хотел, чтобы на производстве предложенные ним формы организации и способы управления стали известны новым владельцам заводов и пароходов.
Потому как энтузиазм, творческий подходы к решению текущих задач обеспечивающие резкое повышение производительности и рост качества изделий и услуг хозяева будут использовать не во благо страны, а для приобретения личных яхт и самолетов. Эксплуатация тружеников увеличится, расслоение общества вырастет, а страна от этого ничего не выиграет. Да ещё и методика его будет скомпрометирована.
Учитель глубоко анализировал обстановку в стране, как он говорил не только умом, а и Душою и убеждал, что сейчас его методы применить не получится.
В качестве примера приводил и мою попытку предложить уже проверенное на суд высших руководителей страны.
Но уповал на другое.
При смене строя до власти дорвались многие из тех, которые раньше не имели такой возможности. Директорский состав и управленцы многих структур сохранившихся от советской организации общества массово и без зазрения совести стали использовать возможности подчинённых им структур не во благо этих структур и не во благо страны, а извлекая барыши себе и своим близким.
К тому же ориентированные по-новому средства информации успешно убеждают население, что использование опыта глянцевого Запада вскоре принесёт всем достаток и изобилие. А ещё и то, что при открывшемся рынке пустующие полки магазинов в последние годы правления Горбачёва стали быстро заполняться товарами хоть и дорогими, но в ассортименте.
Всё это, по его мнению, не способно вызвать интереса и поддержки того, что могут предложить личности, не представляющие никакой силы в обществе.
Зато он точно знал в какой ситуации его разработки могут стать востребованными, будут спасительными для страны и даже полезными для улучшения ситуации во всём мире.
Заглядывая в будущее, он не понимал, через столько лет наступит этот период. Говорил, что дороги к тому времени станут другими и машины изменятся и на дорогах их станет несравнимо больше. Знал, что его уже к тому времени не станет. Возможно, и я и мои дети не доживут до той катастрофической ситуации, в которой окажется наша страна.
Видел что страна оправится от тогдашнего упадка, но против неё в очередной раз затеют войну недоброжелатели, объединившие для участи в этой войне ещё больше стран, чем это смогли сделать Наполеон или Гитлер. В ходе сражений и в условиях санкций, которые он называл блокадой, его разработки или возможно ещё более совершенные и справедливые способы организации могут с воодушевлением приняты и обществом и властью.
В этой связи он предлагал меры для продолжения испытаний его предложений в деле, и для сохранения их как в теории так и результатов практики для передачи руководству страны когда придёт указанная ним пора.
Утверждал, что для начала преобразований в стране придётся сформировать не коммерческую структуру видимо, как ассоциацию, типа структуры созданной мною, но уже государственного масштаба. В которую должны будут войти все крупнейшие и масса мелких производителей, занятые добычей ресурсов, транспортные структуры и объединения потребителей, чтобы так же на взаимовыгодных условиях и как у меня без посредников организовать их прямое сотрудничество.
Кроме указанного, важной целью такой ассоциации должен стать и контроль за соблюдением честных и справедливых отношений участников между собой и их отношений с конечными потребителями их товаров и услуг.
К этому времени он успел сформулировать целостное учение о том, почему следует устраивать жизнь людей по-другому.  Предложил свои выкладки того как она должна быть устроена. И даже придумал эмблему учения объединяющего материальные и духовные усилия людей для обеспечения благого нашего будущего.
Без лишней скромности заявил о глобальных масштабах этого учения.
Раскрывая охват разработок он писал: «Памятуя о многоцветии нашей жизни, я дал своему учению название Ахроматизм, ahromat в переводе с греческого — бесцветный. Перефразируя известное вы¬ражение B.C. Соловьева,  утверждаю, что Ахроматизм является сущностью всего, и относится ко всем фило¬софиям и религиям, ко всем политическим и жизнен¬ным проявлениям в обществе, ко всем отраслям науки и практики как бесцветный луч нашего светила ко всем цветам спектра этого луча».
Обсуждая это название он жалел, что не нашёл русского слова, характеризующего весь объём жизненно необходимых перемен, и надеялся, что потомки дадут его разработкам славянское наименование.
После его кончины, когда Интернет стал уже не экзотикой, и я на его просторах пытался распространять идеи Учителя, получил много критических замечаний именно о несуразности такого названия.
Мы довольно долго и подробно почему-то обсуждали именно изменение названия учения.
Поскольку в разработках предполагалось изучения и при подтверждении эффективности применения практик прошлого, восстановление утраченных знаний и расширение областей охвата наукой духовной всего составляющего нашей действительности, не в противовес, а в помощь материальной науке - большинство из участвующих в обсуждении настаивали на названии «Ведизм».
Но поскольку в обществе уже сложилось устойчивое мнение, что таким термином обозначают древнейшую религиозную систему, которая сформировалась в среде индоарийских племён на территории Северной Индии пришедших туда из наших северных территорий, то мы приняли решение отказаться от такого названия.
В это время стала популярной тема о существовании в прошлом, не афишированных наукой, высоко развитых и справедливых обществ, простирающихся на наших территориях и имеющих название Тартатии.
И мы переименовали «Ахроматизм» в «Тартарианство».
Убедившись в высокой эффективности тартарианских способов организации и в условиях капитализма, пользуясь открывшейся возможностью общения с представителями высших эшелонов власти страны, я настойчиво пытался предложить разработанное Учителем и испытанное нами, с тем, чтобы государство организовало внедрение разработок с гарантированной пользой для страны.
Когда столкнувшись с уклонением от обсуждения этой темы и начал проявлять настойчивость, мне в резкой форме было пояснено, что сейчас вновь пришедшие к власти сосредоточены на решении других проблем. Проблем личного характера. А если даже, кто-то из высокопоставленных и решит попытаться внедрить предлагаемое нами, то ему не позволят отклонится от того курса в происходящих переменах, который был задан извне.
Меня это возмущало и крайне раздражало.
Убеждал Учителя и своих близких, что его система мер, хоть и предназначалась для улучшения социализма, но её способы оказались очень даже эффективными и при рыночных отношениях. А наш опыт честных отношений и учёт интересов всех задействованных доказал, что результативность нашей деятельности не ниже показателей самых успешных.
И при этом честное, взаимовыгодное прямое сотрудничество в нашей организации производителей, переработки, транспортировки и реализации отечественных продовольственных товаров обеспечивала каждому доходы выше чем у конкурентов. А особенности способов реализации нашей продукции в Москве нравились и даже радовали потребителей.
Что массовое применение нашего опыта непременно поможет исправить не простую ситуацию того периода.
Но Евгений Стефанович возражал.
Пояснял, что моя затея чужда и даже неприемлема, для фундаментальной базы капиталистических отношений. Предполагал, что несмотря на устойчивость и большой запас прочности нашего бизнеса в ходе укрепления западных правил, эта система ликвидирует мою структуру как элемент чужеродного.
Он был прав частично.
Не государственная система ликвидировала организованное мною, а имеющие силу или власть просто захватывали его. Последним где удавалось использовать тартарианскую организацию был коллектив по выращиванию, переработке и реализации плодов на 105 гектарах арендованного у агрофирмы заброшенного сада на Кубани.
Когда в совхозе и районе через три года поняли, что сад, предназначенный для раскорчёвки из-за отсутствия товарной продукции, стал приносить неожиданную большую  прибыль арендному коллективу его захватили в июне 2001 года. В самом начале уборки урожая и после того как арендный коллектив выполнил все необходимые зимне-весенние работы по уходу, обрезке и подкормке деревьев.
В этот год захватившие сад и их покровители получили по их меркам баснословную прибыль. А ещё через два года сад пропал.
Выяснилось, что при капитализме легально применить разработки Копачёва стало ещё сложнее чем при социализме.
Теперь стало всё регламентировано.
Попытался на Кубани создать подобие того чем занимался в Москве и регионах. Сформировать структуру в которой без посредников должны были сотрудничать выращивающие продовольствие, переработчики, владельцы транспорта и специализированные торговые точки.
Потребовалось огромное количество согласований и все они стали платными. Препоны творились потому что в крае решили будто предложенная структура может оказать конкуренцию выселковскому «Агрокомплексу» которым владели родственники губернатора.
Мешали на всех уровнях. Отказывались согласовать земельный участок для размещения основной базы проекта. А потом департамент сельского хозяйства края вынес решение что «производство, переработка и реализация местных натуральных и деликатесных продуктов в крае не целесообразно»!
Теперь уже не КПСС а либерально-демократические законы стояли на страже их правил, и прихотей власть имущих, не допуская никакой отсебятины.
В ожидании тех условий, которые Учитель обозначил  способствующими к массовому использованию его разработок я не сидел «сложа руки».
В 2007 году мы учредили ООО «Дирекция межрегиональной производственной ассоциации «Россияночка -  XXI» с тем чтобы при создании предложенной Копачёвым всероссийской ассоциации с этой платформы распространять знания об особенностях тартарианской организации и новых способах управления.
С этой же целью создали сайт россияночка-21.рф
Старался популяризовать тартарианские идеи в соцсетях и публикуя книги и брошюры на эти темы.
Неизвестный мне единомышленник даже создал форум для популяризации Тартарианства.
В 2022-м началась СВО, наши враги быстро ужесточили уже используемые против нас санкции, а потом и опосредовано подключились к участию в этой войне – я понял, что настал тот момент о котором рассказывал Учитель.
Предпринял все возможные и невозможные усилия по доведению смысла разработок до верховной власти страны. Некоторые неравнодушные мои знакомые, имеющие вроде бы важные связи, тоже подключались к тому, чтобы найти возможности донести до верхов информацию о разработанном и подтвердившемся на практике.  Но все наши  усилия были тщетными.
Учитель жил в то время когда социалистический формализм помогал, достучаться до самых верхов власти и видимо посчитал, что такое останется доступным и теперь. Но сейчас принятый демократический 59-ФЗ помогает чиновникам на законных основаниях, под несколькими предлогами «отфутболивать» любые обращения, предложения или просьбы «не своих».
За три года моих усилий удалось установить канал редкой связи только с Председателем «Справедливой России» С.М. Мироновым.
Удивив меня тем что лично читает мои письма и лично отвечает, а не его  помощники – он тоже не нашёл времени познакомиться с предложенными разработками.
Заявил, что одобряет патриотический настрой моих книг, и моё стремление быть полезным стране. Но тут же добавил, что у их партии и в их депутатской группе разработана своя, научно обоснованная программа необходимых преобразований в стране и они четко придерживаются этой программы.
В этом году финансовые правила деятельности юридических лиц изменили, и мы теперь не в состоянии дальше поддерживать деятельность «Россияночки».
В этой связи сейчас вынужден заниматься её ликвидацией. А это требует значительных затрат и времени и средств. К тому же люди и структуры вкладывающие в её мероприятия свои средства в ожидании грандиозных перемен теперь тоже хотят получить компенсацию. В результате моё финансовое положение оказалось катастрофическим.
Поэтому общественную деятельность пришлось практически прекратить.
Поскольку боюсь, что полезные нашей стране и людям сведения о возможном варианте организации прорыва в нашем развитии с мои уходом канут в Лету, решил выкраивать время для описания особенностей того, что предлагал Учитель и что нам удавалось подтвердить в разных регионах и в различных сферах деятельности.
Описывать происходящее буду исходя из своей непоколебимой веры в то, что на главном для всего сущего, на высшем духовном уровне начиная с появления на планете Земля таких одухотворённых сущностей как люди идет непримиримая борьба сил которых люди представляют, как светлые и темные.
Выступая с этих позиций, напишу о том, что будет дальше в зависимости от того какая сложится ситуация в начавшемся глобальном сражении наших дней, о наличии которого многие пока даже и не догадываются.
Опишу этапы освоения разработок Копачёва в масштабах страны, если власть и люди решат их использовать.
  Надеюсь осуществить задуманное не только потому, что такие сведения возможно со временем окажутся востребованными моей страной, но ещё и для очистки своей совести.
Чтобы моя Душа не болела от того, что не сделал всего возможного, что было в моих силах.